Замглавы ОСК Королев: строить корабли, вкладывая в них душу — задача не робота, а человека — Интервью ТАСС

Владимир Королев.Источник изображения: Пресс-служба ОСК

Об отечественном кораблестроении в условиях специальной военной операции на Украине

Отечественному кораблестроению поставлена задача по достижению технологического суверенитета. Это требование закреплено не только в новой Морской доктрине, над достижением этой цели работают в конструкторских бюро и на верфях Объединенной судостроительной корпорации (ОСК). О перспективах российского кораблестроения, о целесообразности корректировки его программы с учетом специальной военной операции, о возможностях верфей корпорации подтянуть скорость ремонта и строительства единиц и о том, в каких именно кораблях больше всего нуждается сегодня российский флот, рассказал в интервью ТАСС на полях Международного военно-технического форума «Армия-2022» заместитель генерального директора ОСК по военному кораблестроению Владимир Королев.

— Владимир Иванович, планируется ли подписание новых контрактов с Минобороны РФ в рамках форума «Армия-2022», как это делалось ранее?

— В настоящее время со стороны Минобороны России таких предложений не поступало. Однако наша корпорация готова их рассмотреть. Тем не менее я не хотел бы сводить участие ОСК в форуме «Армия» только к подписанным контрактам. Здесь встречаются люди, ставятся вопросы и находятся ответы, которые определяют будущее нашего флота.

— В каких, на ваш взгляд, кораблях больше всего нуждается Военно-морской флот в настоящее время? Есть ли необходимость в срочной корректировке программы кораблестроения с учетом специальной военной операции на Украине?

— Безусловно, такие события, как специальная военная операция, дают много пищи для размышлений всем заинтересованным сторонам. Сегодня информационное пространство изобилует различными точками зрения по вопросу определения корабельного состава флота и ведения различных форм военных действий. Но одно дело — заявленные точки зрения, и совсем другое — корректировка программы кораблестроения. Конечно, она возможна, но после очень взвешенного анализа множества факторов. Например, только что подписан указ президента «Об утверждении новой Морской доктрины Российской Федерации». Но не стоит думать, что она является реакцией на события последних месяцев — новая Морская доктрина готовилась не один год, и в ней даны ответы на вопросы, копившиеся много лет.

Корректировки действующей программы кораблестроения предусматриваются каждые пять лет в рамках разработки новой государственной программы вооружения. Формирование Минобороны РФ таких программных документов осуществляется в процессе многовариантных исследований, безусловно обеспечивающих рациональное распределение выделенных ресурсов для достижения максимальной оснащенности и эффективности системы вооружения, необходимой и достаточной для защиты интересов России от любых внешних угроз.

Какие именно корабли нужнее всего Военно-морскому флоту (ВМФ) на мой взгляд? Не буду оригинален, если скажу, что как раз те, что строятся на предприятиях корпорации, — иначе зачем бы мы их строили? Это серии современных надводных кораблей типа «фрегат» и «корвет», это подводный флот, в том числе и серии атомных подводных лодок. По заказу Минобороны России корпорацией выполняются опытно-конструкторские работы по созданию новых надводных и подводных кораблей.

— В ряде СМИ звучат предложения для экстренного закрытия нужд российского ВМФ закупить крупную партию кораблей в КНР. Насколько оправданы, на ваш взгляд, подобные инициативы?

— На мой взгляд, кораблестроительная отрасль России, несмотря на существующие объективные сложности, способна решить все поставленные задачи по обеспечению потребностей ВМФ в назначенные сроки. В интересах национальной безопасности страны необходимо иметь собственную современную производственную базу, обеспечивающую полный жизненный цикл от создания до утилизации кораблей с возможностью их модернизации.

Не думаю, что отвлечение финансовых средств на строительство кораблей в дружественных странах является эффективным решением вопроса экстренного увеличения их численности. Кроме того, в таком случае возникнет ряд вопросов, касающихся обучения экипажей, эксплуатации, сервисного обслуживания и ремонта, обеспечения ЗИП, наконец — защиты государственной тайны.

Из этого, конечно, не следует, что мы должны вообще свернуть взаимовыгодное военно-техническое сотрудничество с дружественными странами. В существующей международной ситуации оно играет свою позитивную роль в деле обеспечения региональной безопасности.

— Способны ли, на ваш взгляд, верфи ОСК подтянуть скорость ремонта и строительства кораблей до уровня ведущих мировых судостроительных корпораций?

— На мой взгляд, не только способны, но и должны. Но это зависит не только от нас. На верфях работа по сокращению сроков ведется постоянно. С этой целью предприятия оснащаются новым технологическим оборудованием, внедряются современные технологии. Однако надо учитывать, что доля собственных работ верфи в строительстве корабля в среднем около 30%, остальное зависит от поставщиков оборудования. Поэтому сроки строительства корабля определяются на две трети соблюдением сроков поставок оборудования с длительным циклом изготовления. Когда речь идет о новых системах вооружений, какие-то задержки, к сожалению, неизбежны.

Но если у нас, как у ведущих мировых судостроительных корпораций, будут заказы на большие серии, стабильные поставки комплектующих и финансирование — уверен, мы наберем ход. И не раз доказывали это — взять хотя бы подводные лодки.

— Руководство ОСК не раз заявляло, что российские атомные подводные лодки строятся полностью из отечественных комплектующих. А как обстоят дела с проблемой замещения иностранных комплектующих при строительстве надводных кораблей?

— Конструкторские бюро-проектанты совместно с предприятиями кооперации и заводами-строителями надводных кораблей под руководством ОСК и Минпромторга РФ в условиях санкционного давления на Российскую Федерацию проводят последовательную работу по замещению иностранных комплектующих на отечественные. Там, где в сжатые сроки не получается это сделать, пока используются иностранные аналоги, но задача по достижению технологического суверенитета поставлена. Это закреплено и в новой Морской доктрине: «обеспечение технологической независимости Российской Федерации в сфере судостроения».

— Когда планируется первый выход в море на испытания тяжелого атомного ракетного крейсера проекта 1144.2М «Адмирал Нахимов»? И каким ОСК видит будущее для этого корабля? Как оцениваете его боевые возможности?

— Порядок и сроки проведения испытаний определены генеральным графиком ремонта крейсера. Первый выход в море крейсера на испытания планируется после завершения всего комплекса швартовных испытаний. Мы идем с соблюдением сроков генерального графика.

На корабле в соответствии с техническим проектом устаревшие системы и комплексы будут заменены на современные образцы вооружения и военной техники, которые по своим характеристикам соответствуют облику перспективного корабля. После завершения ремонта ВМФ получит новый современный корабль, способный выполнять все поставленные задачи в любом районе Мирового океана.

— Подтверждается ли передача в состав ВМФ РФ в текущем году атомного подводного крейсера проекта 955А «Борей-А» «Генералиссимус Суворов»?

— Корабль уже находится на этапе испытаний и будет передан в состав ВМФ после их завершения.

— Когда можно ожидать закладку на «Северной верфи» головного модернизированного фрегата 22350М?

— Закладка планируется после разработки технического проекта и рабочей конструкторской документации в объеме не мене 60%. Все документы готовит Северное ПКБ, скоро технический проект будет представлен в Минобороны России на утверждение.

— Когда будет принято окончательное решение по шестому корпусу проекта 11356? Есть ли необходимые возможности у ПСЗ «Янтарь» для достройки этого корабля в интересах ВМФ России?

— Решение по этому вопросу министерством обороны пока не принято. ПСЗ «Янтарь» имеет большой опыт строительства кораблей данного проекта, три уже передано ВМФ. Отработана технология, создана устойчивая кооперация поставщиков комплектующего оборудования — готовы строить, если будет на то решение Минобороны. Можно и новую серию таких кораблей начать строить.

— Каковы перспективы достройки на «Северной верфи» корвета проекта 20385 «Проворный»? К какому выводу пришла комиссия ОСК, занимавшаяся расследованием причин и последствий пожара на этом корабле?

— Комиссией по выявлению причин и последствий технического происшествия, в составе которой работали в том числе представители Минобороны, Минпромторга России, специализированных организаций, сделан основной вывод — о возможности достройки корабля. Достроим и передадим ВМФ.

— Будет ли переведена часть заказов, выполняемых в настоящее время «Северной верфью», на другие верфи корпорации?

— Нет, такой перевод не планируется. «Северная верфь» сейчас расширяет свои производственные мощности. На ее территории идет строительство нового комплекса с современным оборудованием. С его вводом верфь сможет увеличить номенклатуру и основные размерения выпускаемой продукции, сократить продолжительность строительства заказов.

— Какие проекты реализует корпорация совместно с Фондом перспективных исследований (ФПИ)? Можете рассказать о некоторых из них более подробно?

— Совместно с ФПИ у нас есть две работы, связанные с подводными исследованиями. Это аванпроект «Ураган» и дальнейшее развитие проекта «Витязь-Д». Первый, говоря в общем, это морская мобильная роботехническая система, и выполненная нами работа высоко оценена заказчиком. Второй — глубоководный роботизированный комплекс, который будет дооснащаться новым исследовательским оборудованием.

— Военное ведомство планирует создавать пункты базирования в Арктике. Будут ли строиться для обеспечения их работы ледоколы и суда снабжения ледового класса?

— В части военного кораблестроения уже сейчас для ВМФ ведется строительство патрульных кораблей ледового класса проекта 23550. Предложений на строительство кораблей и судов других проектов пока не поступало.

— Сейчас все чаще стали появляться очень интересные для кораблестроения проекты: универсальный морской корабль «Варан» (Невское ПКБ), погружающийся патрульный корабль «Страж» (ЦКБ МТ «Рубин»), атомная подлодка для транспортировки сжиженного природного газа (СПМБМ «Малахит») и другие. Как бы вы оценили перспективы и уникальность подобных проектов? Есть ли уже интерес к ним от конкретных заказчиков, в том числе от ВМФ России?

— Да, действительно, сегодня в рамках инициативных разработок появляются различные интересные как с инженерной точки зрения, так и кораблестроительной мысли проекты. Во многом они уникальны и могут быть использованы в самых различных сферах народного хозяйства, туризма и, конечно, в интересах обороны страны. Но, как и любые другие красивые и смелые проекты, они сперва должны заинтересовать заказчика. А заказчики в судостроении, как правило, имеют по-хорошему консервативные взгляды, и их решения базируются в первую очередь на экономической составляющей, которую для совершенно новых судов просчитать очень непросто. Поэтому заказчики предпочитают что-то более понятное, проверенное, желательно с опытом эксплуатации.

И тем не менее в таких инициативных разработках есть смысл, и ОСК их поощряет. 

Точно так же, как в свое время первый атомный ледокол «Ленин» сделал нашу страну лидером в этом направлении, — и мы до сих пор удерживаем лидерство в атомном судостроении.

— Ведутся ли на предприятиях и конструкторских бюро, входящих в ОСК, работы по созданию совершенно новых проектов — кораблей будущего? Какие это будут корабли, как сильно изменится их облик? И каким вы видите отечественное судостроение через 10-20 лет?

— Конечно, такие работы ведутся. Они направлены на повышение боевой эффективности кораблей, повышение качества оружия и технических средств кораблей, увеличение их боекомплекта.

Тем не менее главные изменения будут происходить все-таки в другой сфере. В недалеком будущем наряду с обитаемыми кораблями в море выйдут безэкипажные автономные роботизированные корабли. А на тех кораблях, где экипаж сохранится, будут внедрены интегрированные системы боевого управления, которые объединят системы различного функционального назначения.

Что касается перспектив судостроения, то, по моему мнению, необходимо обратить внимание на внедрение модульного принципа при проектировании и строительстве кораблей, упрощение процесса перестройки производства под новые проекты и автоматизацию производственных процессов. Но как бы далеко в будущее мы ни заглядывали, вряд ли мы увидим там безлюдную верфь. Все-таки строить корабли, вкладывать в них душу — задача не робота, а человека.

Беседовал Вячеслав Иванов