Сергей Богатиков: рой ударных беспилотников планируется базировать на Ил-76

Генеральный директор компании «Кронштадт» Сергей Богатиков.Источник изображения: © Фото : «Кронштадт»

Тема интеграции разведывательных и ударных беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) в состав армий мира является на сегодняшний день особо актуальной. БПЛА разрабатываются в различных классах, в том числе существуют программы по созданию аппаратов, не уступающих пилотируемым боевым самолетам по своим возможностям. В перспективе дроны могут составить существенную часть российских Воздушно-космических сил. Генеральный директор одного из ведущих российских разработчиков БПЛА компании «Кронштадт» Сергей Богатиков в преддверии Международного военно-технического форума «Армия-2021» рассказал в интервью обозревателю РИА Новости Дмитрию Решетникову о статусе и особенностях новейшей беспилотной системы «Молния», о ходе работ над тяжелым ударным беспилотником «Гром», особенностях беспилотника «Орион» и причинах его превосходства над турецким Bayraktar, а также о мощности будущего завода ударных дронов в подмосковной Дубне.

– Министру обороны был представлен новый беспилотный комплекс группового применения «Молния», который планируется применять на различных военных самолетах. На каком этапе эта разработка находится сейчас?

– «Молния» – новая система, это роевые решения. Мы этой программой активно занимаемся, сейчас готовим материалы для участия в конкурсе на выполнение эскизного проекта. То, что было ранее продемонстрировано, это пока аванпроект, некий общий концепт, который мы предлагаем. Был продемонстрирован макет аппарата, но в реальности будет несколько другое – это зависит от тех тактико-технических заданий, которые выдаст на систему Минобороны. Сейчас у нас есть ряд предложений по беспилотным аппаратам, которые могут входить в систему «Молния», разной размерности, с разными техническими решениями.

– На каких носителях предполагается использовать систему «Молния»?

– Основная идея состоит в том, что это будет действительно воздушный старт. Предусматривается возможность базирования «Молний» на Ил-76.

– Когда планируются первые полеты опытных образцов беспилотников «Молния»?

– Зависит от сроков, которые может поставить заказчик.

– На презентации Checkmateна авиасалоне МАКС была показана компьютерная графика, где звено новых истребителей сбрасывает из внутрифюзеляжных отсеков беспилотные летательные аппараты, которые дальше летят совместно с группой истребителей. Речь идет как раз о «Молнии»?

– Да, речь идет о беспилотных аппаратах, которые предполагается разрабатывать в рамках системы «Молния».

– США разрабатывают беспилотный комплекс Gremlins («Гремлины»), где также идет речь о беспилотниках с воздушным стартом. У них они должны возвращаться на самолет. Возврат «Молний» на носитель прорабатывается?

– Да, мы прорабатываем такой вариант. Тут также надо понимать, что исполнение аппаратов из состава «Молнии» может быть в нескольких версиях: разведывательные, ударные и дроны радиоэлектронной борьбы. Возвращение разведывательных аппаратов и беспилотников РЭБ подразумевается, ударных – очевидно нет, так как их возвращать будет просто опасно, даже если они не были реализованы по каким-то целям.

– Какие объекты будут целями для ударных «Молний»?

– Основная идея для роевых решений – это прорыв в первую очередь системы ПВО противника. Современные дорогие системы ПВО, которые стреляют дорогими ракетами, их основная ахиллесова пята – это насыщение информационных каналов. Если система готова сбить 100 аппаратов, и ей предъявляется 100 аппаратов, то она работает, а если ей предложить 1000 целей, то она неминуемо даст сбой и захлебнется.

Роевые решения чем хороши – это группировка, которая позволяет решить эту задачу перенасыщения информационных каналов систем ПВО противника.

– На каком этапе находятся работы над тяжелым ударным беспилотником «Гром»?

– «Гром» находится на этапе эскизного проекта, идет его проработка.

– «Гром» будет действовать самостоятельно или в паре с пилотируемым самолетом?

– Прорабатываются различные варианты исполнения.

– На каком этапе находятся работы по строительству первого в России завода по серийному производству ударных беспилотников в Дубне?

– Завод мы строим ударными темпами. Наша цель – построить новый завод за 10 месяцев. В начале марта площадка, где строится завод, была пустым участком местности, еще и заболоченным. Основные работы мы начали в апреле. Сейчас там уже выстроено 40% зданий завода. Выполнен заказ всего технологического оборудования, оснастки, и, более того, опережающим порядком идет набор персонала.

Кроме того, на базе уже существующего Дубненского машиностроительного завода им. Н.П. Федорова, он тоже входит в «Кронштадт», мы организовываем дополнительные цеха по выпуску беспилотных летательных аппаратов. Уже набраны начальники цехов, ведется обучение персонала. И мы рассчитываем, что выпуск первых комплектующих для наших беспилотников мы начнем уже в сентябре этого года, до завершения строительства основного завода.

Теплый контур на новом заводе мы должны получить в конце сентября, в самом худшем случае – в октябре. На месте завода пришлось вести замещение грунта, были проблемы с водоотведением – мы находимся на береговой части «московского моря», местность очень болотистая. Но сейчас это уже все решено.

– Какое количество беспилотников в год планируется производить на этом заводе?

– Мы исходим из того, что нам нужно будет закрыть все потребности в дронах как нашего национального заказчика, министерства обороны, так и других силовых ведомств, а также обеспечить не в ущерб государственным покупателям реализацию всех экспортных контрактов. На первом этапе мощность завода составит десятки беспилотных комплексов, в каждый из которых входит минимум три беспилотных самолета. По нашим планам, мы будем производить не менее 45 беспилотных летательных аппаратов в год. Причем начиная со следующего года могут выпускаться два типа беспилотников – «Орион» и «Сириус».

– Как продвигаются работы над «Сириусом»?

– По беспилотнику «Сириус» завершен выпуск в полном объеме всей рабоче-конструкторской документации. Идет подготовка производства.

– Чем он отличается от «Ориона»?

– У нас стояла цель, чтобы эти два аппарата были глубоко унифицированы. Они унифицированы полностью по наземному комплексу управления, по бортовому оборудованию, по силовой установке и винту. Основное отличие состоит в том, что «Сириус» строился как более тяжелый вариант «Ориона» со спутниковым управлением и с возможностью взаимодействия с пилотируемой авиацией, то есть на нем изначально предусмотрена установка аппаратуры ОСНОД (объединенная система связи, обмена данными и опознавания – ред.). Плюс у него больше транспортные возможности – он оснащен двумя двигателями, имеет больший радиус действия и большую боевую нагрузку.

– На МАКС-2021 был представлен «Орион», судя по его носовой части, оснащенный спутниковой системой навигации.

– Это действительно так. Мы используем научно-технический задел в части спутниковой системы связи, созданный при разработке «Сириуса». Разработка «Сириуса» еще не завершена, и было принято решение реализовать данный задел в «Орионе». Сейчас ведется активная работа в этом направлении. Планируется зимой этого года поднять в воздух машину, оснащенную спутниковой системой связи. Эта работа позволит значительно увеличить дальность действия беспилотной системы типа «Орион», ограниченную дальностью действия радиолинии.

– В чем разница между комплексом «Орион» и его вариантом «Иноходец», который поставляется в Минобороны?

– Скажем так, у иностранного заказчика всегда есть ряд требований, это стандартная практика, с адаптацией их комплектующих, в первую очередь это целевые нагрузки и система вооружения. Поэтому с каждым заказчиком мы ведем переговоры по оптимизации нашего комплекса под их спецификации. При этом есть вещи, которые мы не имеем права продать зарубежному заказчику в составе «Ориона». То есть что-то мы снимаем, что-то наоборот добавляем. «Иноходец» – это вариант нашего Минобороны, который является самым топовым по оборудованию и своим разведывательно-боевым возможностям и позволяет решить все поставленные задачи.

– На «Орионе» используются бортовые комплексы обороны?

– Вопрос бортового комплекса обороны или радиоэлектронной борьбы для «Ориона» является одним из приоритетных. Мы сейчас прорабатываем разные варианты по критерию «цена – эффективность». В перспективе наш аппарат будет располагать средствами радиоэлектронной борьбы – как защищаться самому от направленных в него ракет, так и подавлять какие-либо системы противника в интересах других единиц на поле боя. Это одна из важнейших функций любого военного беспилотного комплекса на сегодняшний день, и мы стараемся быть в тренде.

– Насколько точно «Орион» может применять неуправляемые бомбы?

– Применение неуправляемого оружия на беспилотниках выгодно просто потому, что управляемое высокоточное оружие стоит всегда очень дорого. При этом у нас на борту стоит очень хороший баллистический вычислитель, который позволяет применять свободнопадающие бомбы с показателями, близкими к высокоточному оружию. В частности, хорошая точность достигается с ОФАБ-100, мы это проверяли при испытаниях на полигоне. Могу сказать, что мы работаем по наземным целям неуправляемыми бомбами со своим прицельно-навигационным комплексом не хуже, чем ребята в пилотируемой авиации с «Гефестом».

– Как вы оцениваете беспилотники Bayraktar?

– Я так отвечу: если бы Bayraktar был спроектирован в России, у него была бы сложная судьба, потому что этот турецкий аппарат очень многим требованиям наших правил не удовлетворяет. Если сравнивать «Иноходец» с «Байрактаром», то точно могу сказать, что наш комплекс имеет больший потенциал и возможности. В частности, «Иноходец» существенно технологичнее в производстве, однозначно лучше в части аэродинамики и элементов искусственного интеллекта.

– Какие элементы искусственного интеллекта имеются на «Орионе»?

– Мы сейчас достигли определенного уровня автоматизации при выполнении «Орионом» типовых задач. Мы можем ввести полетное задание, которое «Орион» выполнит полностью самостоятельно. Сейчас задача стоит, чтобы переместить большую часть обработки оперативной информации и принятия в связи с ней решений на борт аппарата в автоматическом режиме. Например, один из следующих этапов связан с самостоятельным обеспечением живучести аппарата. Это предполагает, что «Орион» или «Сириус» смогут в автоматическом режиме после каких-либо неполадок или получения им повреждений в полете переконфигурироваться. Также речь идет об автоматическом анализе обстановки на поле боя и принятии решений, например, для обхода зоны ПВО или зоны неприемлемых метеоусловий. И тут стоит оговориться, что аппарат будет ограничен в принятии решений – решение о применении дроном комплекса вооружения принимает человек.

Хочу подчеркнуть, что человек – это самое слабое звено как в авиации, так и в наземных роботизированных системах. Чем меньше человек задействован в управлении, тем более надежна и эффективна авиационная система. Оператор должен принимать решения, а не пилотировать, то есть если утрировать, то на пульте управления БПЛА должно быть всего две кнопки «включил» и «победил». Мы двигаемся в этом направлении.

– Планирует ли «Кронштадт» вести разработки в направлении так называемых барражирующих боеприпасов?

– Нам это направление интересно, пока конкретных планов нет, но они могут появиться. На сегодняшний день мы по этой теме ведем переговоры с группой компаний «Калашников», в рамках которых мы предлагаем интеграцию их беспилотников и барражирующих боеприпасов в единое информационное пространство с нашим наземным пунктом управления. В прошлом году мы проводили эксперимент, и с нашим наземным комплексом взаимодействовали как беспилотники «Кронштадта», так и дроны СТЦ и «Калашникова». То есть «Кубы» и «Ланцеты» передавали информацию на наш пункт управления. В том эксперименте мы ими не управляли, но все аппараты были интегрированы в единое информационное пространство.

– Планируется ли вашим беспилотникам придать функции борьбы с беспилотниками противника?

– Скажем так, вопрос борьбы с дронами противника с помощью наших аппаратов стоит, он пока в стадии обсуждения. Но то, что нужно иметь беспилотные истребители, – это логическое продолжение эволюции воздушных дронов.

– На авиасалоне МАКС-2021 вы сообщили, что в Дубне будут также производиться беспилотные вертолеты, разработанные компанией НПП «Стрела», которую приобрел «Кронштадт». Данные беспилотники будут выпускаться в ударном варианте?

– Да, они в том числе смогут нести вооружение и выполнять ударные функции.

– Смогут ли такие беспилотники применяться на строящихся в Крыму российских универсальных десантных кораблях?

– Однозначно. Вопрос применения беспилотных вертолетов с УДК мы с судостроителями обсуждали. На мой взгляд, те перспективные беспилотники, которые есть сейчас у «Кронштадта», они точно обеспечат вертолетоносцы. Более того, если когда-то наша страна будет заниматься авианосцами, то в первую очередь нужно ориентироваться на беспилотную авиацию. Хотя бы потому, что они легче и проще обеспечивают взлет/посадку с палубы авианосца. Кроме того, они меньше по габаритам, соответственно, меньше будут занимать места в ангаре авианесущего корабля.